Виктору Митрошину — 70: Его «Сердца влюбленных» стали символом Наро-Фоминска

Его работы удивляют совершенством линий, филигранностью исполнения. Возникает впечатление, что мастеру удаётся оживить металл и камень, проникнув в их неизведанные, сокровенные свойства.

Бронзовый посол Урала

3 августа 1955 года в Челябинске родился будущий мастер, чьи работы теперь живут в коллекциях президентов и на площадях мировых столиц. Виктор Митрошин — не просто скульптор. Он философ в бронзе, превративший детское увлечение пластилином в искусство, которое говорит без слов.

Тропа от ЧТЗ до ЮНЕСКО

Его путь начался в макетной мастерской завода ЧТЗ (Челябинский тракторный завод), где главный архитектор разглядел талант: «Пацан, тебе в художественный вуз!». Но вместо классического института — Челябинское училище и первые эксперименты.

Уже в 80-х его космические горельефы в пионерлагере «Звёздный» удивляли смелостью. А в 1989-м финн Эро Рантонен, поражённый парковой скульптурой у Дворца пионеров, пригласил Виктора в Финляндию. Там родилась птица «Встреча трёх культур» — работа, чьё название осталось загадкой даже для автора.

Символы, которые не спутаешь

В Наро-Фоминске арка «Сердца влюбленных» — больше чем памятник. Это ритуал: молодожёны идут под свод сердец, загадывая желания. Две дорожки ведут к центру — метафора соединения судеб. А в Париже 2003 года директору ЮНЕСКО Коитиро Мацууре Митрошин вручил бронзовую девочку с бабочкой.

«Лучше разбиться яшмой, чем жить черепицей» — так он сопроводил дар японской поговоркой.

Музам вопреки

Его называли «буржуазным художником» за смелые формы. Когда коллеги советовали «не рисковать», он лепил обнажённую девочку — ту самую, что позже потрясла Рантонена мраморной чистотой линий. «Прислушивайся только к сердцу», — напутствовал его наставник Евгений Макаров. И Митрошин слушал. Даже когда в 90-х вез 30 работ в Париж на джипах без карт и английского.

Юбилей вне шаблонов

В 2025 году мастеру исполнилось 70. Его «Майя-лебедь» из бронзы и яшмы танцует в частных коллекциях, а монумент Плисецкой в Москве хранит память о балерине. Сегодня его искусство — мост между Уралом и миром.

Как признаётся сам Виктор: «Мне и тут хорошо. Я никогда не скрывал и не скрываю, что люблю Россию до самозабвения»